Работа нервной системы может отражаться на поведении ребенка. Чем он младше, тем неустойчивее его поведение. Это объясняется в первую очередь малой выносливостью нервной системы, слабостью основных нервных процессов — возбуждения и торможения, их неуравновешенностью. Особенно отстает у маленького ребенка формирование процесса торможения. Понятно, чтобы регулировать свое поведение, затормозить в нужный момент движение, не делать того, что запрещено и т. п., нужна достаточная привычка к торможению. При правильном воспитании и физическом развитии эта привычка развивается постепенно и прочно. Но в тех случаях, когда на поведение ребенка не обращают достаточного внимания или когда в результате болезни его организм ослабевает, нормальное развитие процесса торможения может нарушиться и поведение ребенка станет трудным, хаотичным, появятся вредные привычки.
Вот как объясняет это кандидат медицинских наук М. Файнберг на некоторых типичных примерах:
— Невозможный ребенок, никакого с ним сладу нет,— возбужденно говорила мать 7-летнего Саши.— Ни одной минуты не посидит спокойно, никаких слов не понимает. Нельзя вообще для него не существует. В школу пошел, чуть не каждый день меня учительница вызывает — жалуется. И вот не прошло и трех месяцев, как его требуют взять из школы.
И мать протянула мне направление на консультацию и школьную характеристику. В характеристике подробно описывалось Сашино поведение в школе: на уроках ни минуты не сидит спокойно, толкает соседей и мешает им заниматься, принес в класс щенка и на уроке стал его щипать, чтобы тот залаял, на переменах носится как угорелый, сбивая детей и даже налетая на учителей, съезжает по перилам лестницы, дерется, дергает девочек за косы. Так как никакие воспитательные меры не действуют на ;трудного ;ребенка, школа настойчиво просит взять его и перевести в какую-либо особую школу.
— Что я с ним буду делать? — продолжала мать.— Я уже стыдила его, в угол ставила, на прогулки не пускала, иногда и поддавала сгоряча — с него все как с гуся вода. Соседка говорит, что распустила его; правда, я по характеру не очень крепкая, но вырастила же старшую дочку: хорошая девочка, как все.
— Саша! Зачем ты на окно забрался? Слезь сейчас же! Доктор тебе укол сделает!
— Что, он таким стал, только когда в школу пошел?
— Нет, он с малых лет такой, и дома сладу с ним не было, и в детском саду вечно жаловались, что не подчиняется, своевольничает, дерется, но думала еще мал, станет старше и поумнеет. Детский врач говорил, что ребенок крепкий, здоровый. Вот только сегодня впервые к вам прислали.
— А чем болел он в детстве?
— Воспалением легких, корью, коклюшем. Больше ничем.
Я осмотрел мальчика, и картина стала ясна. Передо мною был ребенок, у которого на почве перенесенной в детстве инфекционной болезни развилась невропатия,— у него отстал в развитии процесс торможения в коре головного мозга. Поэтому такому ребенку трудно обуздать или подавить свои желания, он легко возбуждается, плохо подчиняется запретам и ограничениям. Это действительно крайне трудные дети (под таким названием они нередко фигурируют и в специальной литературе), от которых иногда буквально приходят в отчаяние родители, воспитатели, педагоги.
На специальном открытом детском психопрофилактическом приеме среди различных детей с капризами, упрямством, страхами, истерическими реакциями, недержанием мочи, онанизмом и другими дефектами нервной системы — эта группа трудных (безудержных) детей превышает 15% всего приема, причем большинство из них, к сожалению, впервые показываются уже в школьном возрасте.
Для того чтобы выработать правильный подход к Саше и ему подобным детям, надо было оттолкнуться от каких-то положительных моментов в поведении ребенка, развить и закрепить их.
Первым таким моментом было то, что хотя Саша, по словам матери, делал все, что хотел, и ничему не подчинялся, он, оказывается, не пытался драться со взрослыми посторонними людьми, не пробовал выбивать стекол в трамвае, в котором ехал, не выпрыгивал из окон высоких этажей, то есть не делал ничего такого, что действительно было бы абсолютно недопустимым и грозило бы ему тяжелыми последствиями. Второй момент. Многочисленные наблюдения показали, что трудные дети, попав в непривычную для них обстановку (другой датский сад, новую школу), некоторое время ведут себя спокойно, так как новизна впечатлений затормаживает их излишнюю возбудимость.
Исходя из этих двух положений, мы разработали и стали применять к таким ;трудным ; детям определенную систему воспитательных мероприятий, конечно, видоизменяя ее в зависимости от особенностей каждого ребенка. Нужно было щадить и лишь постепенно тренировать хрупкий, недоразвитый процесс торможения. Мы предложили матери Саши на первых порах как можно меньше запрещать сыну, не ограничивать его желаний, особенно активность, предоставить Саше больше самостоятельности, свободы, возможности проявить и разрядить свою энергию. В то же время, если от ребенка что-нибудь требовалось, то это требование должно для него было стать обязательным, непреложным, и, главное, он не должен был ни от кого получать поблажки. Например, Саша обязан был вовремя приходить к обеду, и если он этого не выполнял — оставался голодным до ужина. После одной-двух попыток нарушить это требование он беспрекословно стал его выполнять.
Одновременно мы посоветовали давать Саше как можно больше ярких новых впечатлений, разрешать ему посещать каток, купить санки для катания с гор и даже обещать ему при улучшении поведения завести щенка, о котором он мечтал, были совершенно исключены наказания, связанные с лишением свободы и активности как ослабляющие и без того хрупкий тормозной процесс (ставить в угол, лишать прогулок и т.п.).
Учителям же разъясняли, что никаких специальных школ для таких детей нет, да они Саше и не нужны; надо только на первое время делать мальчику как можно меньше замечаний, не стеснять его активности, давать ему возможность разрядиться на переменах и запрещать лишь то, что абсолютно недопустимо, и непременно сообщать о таких нарушениях матери, с которой мы будем поддерживать постоянный контакт. Учительница обещала давать Саше больше общественных поручений, чаще назначать его дежурным по классу. Словом, в воспитании трудного ребенка нужен особый подход.
Через месяц мать сообщила, что поведение Саши стало несравненно лучше, срывы реже, школа уже не ставит вопроса об его отчислении. Еще через месяц поведение мальчика стало еще упорядоченнее; осмотр показал, что сила тормозного процесса возросла. Постепенно расширился круг требований и запрещений дома и в школе, усложнялись поручения. Удалось создать для мальчика продуманный режим дня: ребенок вовремя ложился спать и вставал, своевременно готовил уроки и гулял. Выполнялось и обещанное ; наконец-то ему купили долгожданного щенка! Через полгода это был достаточно уравновешенный ребенок. В классе он стал старостой.
На основании наблюдений можно утверждать, что трудные дети полностью исправимы, надо лишь твердо и последовательно проводить с ними выработанную линию поведения.
Иногда у детей появляются вредные склонности и привычки, которые родители и воспитатели, а иногда и врачи совершенно неверно расценивают как особые заболевания — неудержимые влечения,— не зависящие от воли ребенка.
— Помогите моей Свете,— говорила мать, ласково поглаживая по головке 6-летнюю девочку.— У ребенка врачи нашли клептоманию, советуют лечить гипнозом. Представляете, берет у меня из сумки деньги и покупает себе сладости, у детей ворует игрушки, у соседей тащит безделушки. Сколько я натерпелась всего, а как дочку жалко! И откуда взялась у нее такая болезнь?
Нелегко было убедить мать, что никакой клептомании у Светы нет, что у девочки благодаря попустительству взрослых образовалась привычка без разрешения брать чужие вещи и пользоваться ими в своих интересах. Эта привычка Светы в дальнейшем могла принять устойчивый характер, с чем было бы очень трудно бороться.
Ребенку нужно помочь, разъяснить всю неблаговидность его поведения, решительно пресекая всякую попытку к воровству. Но есть родители, которые, считая это болезнью, прощают детям воровство и этим закрепляют крайне опасную и преступную привычку. Гипноз же здесь не только не нужен, но даже крайне вреден, так как гипноз в детском возрасте, повышая внушаемость ребенка, делает его податливым к различным вредным влияниям со стороны (Стащи у мамы деньги на мороженое, Убежим с урока и т. п.) и, главное, снимает с ребенка ответственность за его проступки, расценивающиеся им как болезнь, за которую отвечает врач.
Когда, наконец, поверив нам, мать заявила дочке, что она ответственна за присвоение чужого и будет за это отвечать, клептомания у ребенка очень скоро полностью исчезла. Воспитание трудных детей начинается с семьи.
То же самое можно сказать по поводу патологической лживости детей. Так называемые патологические лжецы формируются чаще всего в результате многократных безнаказанных попыток получить выгоду от сознательной лжи.
От лжи надо отличать фантазию, часто встречающуюся у дошкольников, когда они выдумывают несуществующие события во время игры, не пытаясь получить от этого выгоду в реальной жизни. Не одергивайте ребенка, когда он фантазирует, хотя и не слишком это поощряйте; с возрастом фантазирование пройдет. Лучше, по мере того как ваш сын или дочь становятся старше, покажите им, что и в реальной окружающей жизни есть достаточно интересного и героического.
К сознательной лжи (попытке благодаря лжи получить незаслуженную награду, свалить вину на другого, чтобы избавиться от взыскания, и т. п,) будьте беспощадны; любая попытка прибегнуть ко лжи всегда должна повлечь за собой разоблачение, и тогда вредная привычка полностью исчезнет. При этом избегайте слишком высоких требований к ребенку, трудных или невыполнимых для него, незаслуженных наказаний, резких упреков; страх перед наказанием нередко толкает ребенка на ложь. Пусть ребенок на собственном опыте убедится, что правда всегда лучше лжи.
Встречаются и дети с упорным стремлением к уходу из дому и бродяжничеству, получившему даже специальное название дромомания. Это тоже результат неправильного воспитания. При выяснении причин, приведших к этой привычке, обнаруживается, что чаще всего ребенок в первый раз уходит из дому либо когда его в порядке наказания длительное время лишают прогулок, либо из страха перед суровым наказанием, ожидающим его при возвращении домой с плохой отметкой или замечанием в дневнике. Привычка эта закрепляется.
Поэтому избегайте вышеуказанных моментов, но в то же время не допускайте, чтобы ребенок получил выгоду (например, прощение), которой он не добился бы без ухода из дому. По возвращении домой он все равно должен ответить за тот проступок, который совершил ранее, а также за то, что надолго ушел без разрешения из дому.
Все эти и им подобные вредные привычки, если их вовремя обнаруживают и правильно проводят определенные воспитательные мероприятия (иногда в сочетании с некоторыми лекарственными и другими лечебными мероприятиями), быстро и бесследно проходят. Если же на них не обращают внимания или считают их неизлечимой болезнью, эти привычки закрепляются и могут в дальнейшем дорого обойтись как самому ребенку, так и окружающим.
Метки: воспитание трудного ребенка, воспитание трудных детей в семье, причины клептомании у детей, дромомания у детей, ребенок лжет, детская ложь, патологическая лживость у детей.
Вам понравилось? Нажмите кнопочку:
