8 секретов воспитания от мамы 11 детей, которая все успевает

Дата: Июль 1, 2016

Юлия Павлюченкова – мама четверых кровных и семерых приемных детей. Она не только успевает воспитывать их вместе с мужем Николаем Казаковым, но и активно участвует в общественной жизни. Юлия – президент Национального Антинаркотического Союза, председатель Правления православного благотворительного фонда «Хочу Верить» осуществляющего миссию по поддержке православия в Республике Абхазия, кандидат политических наук, автор и ведущая программ на православной радиостанции «Радонеж». Чтобы все успевать и поддерживать гармоничные отношения в семье, без каких-то «секретов» воспитания не обойтись.

Мы подсмотрели ее у разных психологов. Суть системы в том что, если ребенок сам, без напоминаний, заправляет постель, чистит зубы, умывается, чистит обувь и аккуратно складывает свои вещи после школы, то ему начисляются баллы. И за эти баллы можно приобрести дополнительные привилегии в виде похода в кино, в аквапарк, поехать покататься зимой на горку снежную, посмотреть дополнительно фильмы, поиграть в стратегии компьютере.

У нас в этом смысле, как в армии. Нет такого понятия как нравится/не нравится, хочу это/не хочу это. То есть, может, дети и думают подобное, но, как и взрослые, едят то, что поставлено на столе. Этому всегда удивляются в детских садиках и школах: «Как это ваши дети едят рыбу?!». Мы пытаемся транслировать бережное отношение к еде, к её приготовлению и говорим: «То, что Господь дал, то и ешьте». Если ребёнок есть не хочет, капризничает, у нас это решается просто: «Не хочешь есть – не ешь. До следующего приёма пищи ты свободен».

Мы очень ответственно относимся к здоровью, к питанию, к качеству жизни и транслируем это собственным детям. Если они где- то видят рекламу йогуртов, чипсов, сухариков, то начинают: «Ой, сухарики! Ой, чипсы!» В такой ситуации мы начинаем рассказывать о влиянии геномодефицированной сои, пищевых добавок. Мы это делаем уже много лет, говорим о правильности питания, о том, какую еду надо, какую нельзя. Первое время я не понимала, для чего все это говорю, ведь реакция на чипсы и прочее по-прежнему была восторженной. Спустя несколько лет я увидела, как они эту же информацию, которую я им продолжала транслировать, рассказывают другим детям, – почему нельзя есть сухарики, почему нельзя есть чипсы, почему нельзя пить газировку. Меня это порадовало, потому что со временем у детей выработалась позиция, и очень надеюсь, что это перекочует уже в их семьи.

Не знаю, наследие ли это моего детства, или просто такое восприятие жизни, но я убеждена, что всем нужно заниматься спортом. Кроме того, по моему мнению, девочки должны петь, заниматься хореографией. Последнее нужно для пластики, для осанки, для походки. Плюс мальчики должны заниматься силовыми видами спорта. В нашей истории семьи это борьба. Занятия борьбой дают мальчикам координацию, воспитывает их дух, укрепляет их силу воли, учит их быть более стойкими, более крепкими. И ещё все наши дети занимаются рисованием.

У каждого ребенка на неделе есть свой день дежурства. Сюда входит сюда и мытьё посуды, и уборка, и уборка со стола, помощь младшему в одевании, уборка кроватей. Если что-то не убрано, мы знаем, с кого спрашивать, чья эта сфера ответственности в конкретный день.

Про игры

Все дети – разные. Серёжа, например, вообще не может играть с игрушками, всё, что попадает в его руки, ломается через 10-15 минут поле начала игр и больше восстановлению не подлежит. Девочки играют вместе, у них обычные ролевые игры, дочки-матери, например. Коле проще не играть, а изучать жизнь растений, жизнь бабочек, жизнь куколок, жизнь жуков, поймать кого-нибудь, посадить в банки.

Мы не считаем себе, право влезать в эту внутреннюю жизнь ребёнка и заставлять их играть в те или иные игры. Потому покупаем подарки, которые соответствуют интересам ребёнка. Это либо научные эксперименты, либо простейшие самолёты, машинки, которых не жалко, что они в течение десяти минут будут разбиты.

Я убеждена и считаю, что у детей должно быть то самое личное пространство, уединение с живой природой, возможность пойти, побегать, походить, повозиться палочкой в земле, выкопать там что-нибудь, посмотреть, как всё растёт, как течёт вода, как бежит ручей, намочить при этом ноги. Мы к этому относимся очень спокойно, видимо, потому мы живём на природе, в своем доме. Именно через общение с природой, участие в её жизни и осознание себя как её части ребёнок развивается и понимает своё место, предназначение себя как человека.

За мой родительский период у меня были самые разные эксперименты. Начиная от принуждений и ежедневных долгих утренних и вечерних молитв, хождения по несколько раз в неделю на всенощные и литургии до полного спокойствия в этом вопросе даже в случае сильного сопротивления ребёнка. На сегодняшний день я пришла к выводу, что принудительно воспитать ребёнка в православной вере нереально. Если заставлять, вырастет отступник, может быть такой, как те, что когда-то в семнадцатых годах двадцатого века рушили храмы, убивали священников. С другой стороны, если никак не влиять на воспитание ребёнка в вере, то эта вера у него вдруг не появится. И ничего лучше собственного примера и примера моих знакомых я не нашла. Вокруг нас сложилась такая среда, в которой люди спокойно разговаривают на православные темы, жизнь их подстроена под православный календарь, они живут согласно праздникам, постам, каким-то событиям Русской Православной Церкви, а главное – участвуют в церковных таинствах и стараются все свои поступки выстраивать так, чтобы они не противоречили вере. Дети смотрят на это, смотрят на нас и такая жизнь становится для них естественной.

И ещё я заметила, что большое значение имеет личность приходского священника, личности друзей священнослужителей или монашествующих. Так как в нашей семье часто бывают самые разные гости, и мы ездим в разные монастыри, то для детей, разные встречи имеют серьёзное значение. Они с любовью вспоминают о них или переживают, если у этих людей произошли какие-то сложные события. Дети часто задают им очень глубокие вопросы о взаимоотношении с Богом.

Буквально каждый день у друзей, знакомых, товарищей, соседей происходят какие-то события, о которых тоже могут услышать дети. Например, Маша не пришла ночевать, Петя привёл девушку. Мне кажется, крайне важным транслировать свои позиции в отношении этого. У нас старшие парни могли сказать «Мам, а можно мы туда-то едем, мы с собой Настю возьмём». На что я в присутствие младших очень ясно и очень чётко озвучивала собственную позицию, о том, что домой можно привести жену, и ночевать у тебя может только жена, поэтому мальчики, будьте добры, имейте это в виду.

Очень похожий диалог ведётся и с девочками, например: «Я вырасту, познакомлюсь с парнем, и у нас будет любовь». Начинаем разговор про этапы любви, про влюблённость, про испытание в понимании, твой ли это человек, про благословение духовника, родителей, про замужество, венчания, а дальше уже про семейную жизнь, появление детей.

На мой взгляд, очень важна чёткая трансляция собственной позиции, даже когда ты говоришь о ней соседке и думаешь, что тебя никто не слышит. Может оказаться так, что именно этот разговор будет услышан, и он ляжет в основу выводов, которые делают твои дети.

На мой взгляд, в разговорах с детьми, в разговорах о Боге, в разговорах о человеческой жизни должны присутствовать разговоры о смерти. Когда умирала одна бабушка, умирала другая бабушка, умирали знакомые, родственники, мы сначала думали оградить детей, но потом поняли, что это будет очень неправильная позиция. Мы говорили о том, что человек живёт определённое количество лет, и что раньше люди жили дольше, читали выдержки из Ветхого Завета, о том, что жили и по восемьсот и по шестьсот, и по четыреста лет. Смерть знакомых или родных – это повод поговорить о грехе, о человеке, о готовности умереть, рассказать о загробной жизни, о том, что есть в традиции Церкви. На мой взгляд, эту тему надо перестать табуировать.

Хотите стать читателем журнала ;Успевай с детьми! ;?

Оформите подписку и получите журнал прямо сейчас: